14-11-2019, 18:40   Раздел: Новости   » Страна IT-аутсорсинга Комментариев: 0

Страна IT-аутсорсинга

 
Страна IT-аутсорсинга

Страна IT-аутсорсинга

Белорусская IT-отрасль уже не первый год наравне с БелАЗ, МЗКТ и тракторами «Беларус» является национальной гордостью. Но если с предприятиями реального сектора экономики у Минска периодически бывают проблемы, вызванные вполне объективными экономическими причинами, то белорусский IT растёт стабильно и быстро: за 9 месяцев 2019 года выступил драйвером экономического роста, обеспечив половину роста ВВП РБ.

Белорусский IT-оптимизм достиг таких высот, что РБ позиционируется как IT-страна, а власти надеются, что именно IT станет тем самым пропуском в светлое будущее, который поможет наполнить бюджет и сгладить часть проблем реального сектора экономики.

И самое время понять, есть ли феномен белорусского IT, и если да, то чем IT в РБ отличается от её ближайших соседей, а также есть ли качественный и количественный пределы роста у белорусской сферы высоких технологий.

IT-мечта для белорусской власти

Механизм «IT-страны» достаточно прост. Государство в 2005 году учредило Парк высоких технологий (ПВТ), чем создало правовые, инфраструктурные и налоговые условия для бурного роста белорусского IT-сектора. Кроме того, власть не оставила IT-сектор без внимания, а регулярно расширяла перечень льгот, принимая соответствующие нормативно-правовые акты.

Сам ПВТ стал точкой сборки белорусского IТ-сектора и компаний, которые аккумулировали программистов со всей страны. Фактически именно ПВТ является белорусской IТ-индустрией. Инфраструктура, повышенная забота властей и налоговые льготы сделали парк привлекательным для аутсорсинговых компаний, чья деятельность и обеспечивает львиную долю прибыли страны от продажи информационных и компьютерных услуг.

С 2005 года, когда был учреждён ПВТ, белорусский IT растёт темпами примерно в 20–25 % ежегодно. Вместе с ним растёт и внешнеторговый оборот услуг РБ, включающий в себя экспорт информационных и компьютерных услуг, чьё положительное сальдо и является гордостью властей.

Страна IT-аутсорсинга


Источник: сборник «Внешняя торговля Республики Беларусь 2019»

Понятное дело, что такие темпы роста на фоне регулярных проблем отраслей реального сектора экономики не могли не вселить во власть уверенность в том, что IТ — это будущее белорусской экономики.

Страна IT-аутсорсинга


Источник: сборник «Внешняя торговля Республики Беларусь 2019»

В 2018 году РБ экспортировала IT-услуг на сумму в 1,8 млрд долларов, в то время как продовольствия продала на сумму свыше 5 млрд долларов, а в этом году только сыров РБ продаст в Россию на сумму порядка 1 млрд долларов.

За 9 месяцев 2019 года экспорт компьютерных и информационных услуг из РБ составил почти 2 млрд долларов. А вот налогов 561 компания — резидент ПВТ заплатила лишь на 210 млн белорусских рублей. За аналогичный период 2018 года, когда резидентов в ПВТ было в 1,5 раза меньше — 377 компаний, налогов было уплачено на 156 млн белорусских рублей.

Проще говоря, ПВТ приносит в белорусскую казну примерно 1 % от собираемых по всей стране налогов. И поднять данные показатели власть не сможет: повышение налогов автоматически приведёт к закрытию компаний-резидентов и отъезду IT-специалистов в сопредельные страны.

Тем не менее достижения белорусского IT стали примером успеха, который и власть, и белорусское экспертное сообщество превратили в «IT-страну». Казалось бы, довольны абсолютно все: власть нашла способ удержания в стране IТ-специалистов, сами айтишники получили возможность зарабатывать и тратить в Минске, а общественность и эксперты создали бренд IТ-страны, который по силе примерно равен белорусским продуктам.

Однако есть во всей этой истории ряд особенностей, которые делают успехи Белоруссии на фоне её соседей не такими впечатляющими.

IТ минимальной добавленной стоимости

Во-первых, в Восточной Европе практически все государства в той или иной степени претендуют на статус IТ-страны. Литва позиционирует себя как финтех-хаб Европы, эстонцы утверждают, что их страна — лидер в инновациях цифровой экономики, Польша — IT-мекка, своими программистами хвастается и Украина.

По словам директора компании «Айданомикс» и партнёра инвестфонда «Хаксус» Дмитрия Гурского, оборот отрасли разработки ПО в РБ к 2017 году превысил 1 млрд долларов — рост в 20 раз за 10 лет. Однако украинская индустрия разработки ПО за тот же период выросла в 20 раз, а чешская — в 4 раза, но в Чехии рост был с более высокой базы. Поэтому рост белорусского IТ впечатляющий, но не уникальный.

Во-вторых, РБ явно не региональный и тем более не мировой лидер по количеству программистов и разработчиков ПО на душу населения.

Страна IT-аутсорсинга

Нет у РБ и уникального кадрового потенциала: аналогичный кадровый потенциал — несколько поколений технарей и математиков родом из советских школ и вузов — есть у всех соседей РБ по бывшему СССР. Советская школа, в том числе высшая, была одна на всех.

В-третьих, вклад IТ в белорусский ВВП в 2017 г. составил 3,5 %, тогда как в Эстонии данный показатель был в 2 раза больше при населении в 1,3 млн человек. Впрочем, вклад российского IT в ВВП в 2017 году составлял 0,3 %.

В-четвёртых, в РБ минимальное количество представительство транснациональных IT-компаний. Немного их и в России, однако это компенсируется крайне настойчивыми попытками российской власти импортозаместить ПО для госслужбы и государственного сектора экономики, а также российскими продуктовыми IT-компаниями. В Румынии есть небольшие центры разработки Microsoft, Oracle, Ericsson. В Чехии есть R&D десятков мировых корпораций, причём крупные. В Израиле 320 R&D центров. 

Страна IT-аутсорсинга

Источник: данные исследования компании «Руссофт» «Экспорт российской индустрии разработки программного обеспечения-2018»

К слову, более 50 % российских софтверных компаний либо вовсе не работают за рубежом, либо имеют несущественные для них и нерегулярные экспортные доходы. При этом зачастую отдельные проекты компании реализуют только в ближнем зарубежье. Активно же за рубежом работают около 35 % российских софтверных компаний.

В-пятых, белорусский IТ — это работа на аутсорс (в 2014 году так трудились 90 % белорусских программистов), то есть белорусы — подрядчики и субподрядчики, которые выполняют свой объём работ при создании продукта, но не распоряжаются готовым продуктом.

Страна IT-аутсорсинга

* По данным рейтинга «Топ-50 ИТ-компаний Беларуси по числу сотрудников: октябрь 2019» портала Dev.by

Топ-1 в рейтинге Dev.by — компания EPAM — зарегистрирована в США уроженцем РБ Аркадием Добкиным и специализируется именно на аутсорсинговой деятельности.

Продуктовых компаний в РБ мало, и самая известная из них — Wargaming с её онлайн-игрой World of Tanks. Однако даже у Wargaming большие проблемы с запуском новых проектов, по сути, Wargaming — компания одной онлайн-игры.

В то же время наибольшую прибыль IT обеспечивает не аутсорс, а именно создание продукта с чёткой и понятной схемой монетизации и его многолетнее обслуживание. Истории белорусского IT-успеха — это продажа стартапа: Viber продан японцам (впрочем, мессенджеры очень сложно монетизировать), MSQRD купила Facebook, сервис MAPS.ME приобрела российская Mail.ru, Apalon Apps продала свои наработки американской компании InterActiveCorp (IAC), женский календарь Flo купила PayPal, в PandaDoc  инвестировали миллиардеры Кубан и Брэндсон, Viaden Media, с которой начался взлёт Виктора Прокопени, достался компании Playtech израильского миллиардера Тедди Саги.

Продав стартап, белорусы активно создают новый и вновь пытаются его продать. Вот только стартаперов в РБ тоже немного: в 2017 году их, по оценкам Дмитрия Гурского, было около 50, в то время как в Израиле — 6000. А успешно проданных стартапов ещё меньше. Успешных стартапов, которые после продажи воспринимались в мире как белорусские, и вовсе нет — проданный стартап быстро теряет какую-либо связь с РБ и своими первоначальными создателями. Однако это проблема, пожалуй, всех стартапов, а не только белорусских.

Лица же, продавшие стартапы, пополняют класс серийных предпринимателей, которые реинвестируют средства в белорусские проекты и лоббируют интересы IT перед властью, превращаясь в живое воплощение белорусской мечты — капитале на ПО — и лидеров общественного мнения.

Проще говоря, белорусский IT не находится на вершине цепи добавленной стоимости, которую гарантирует лишь создание и развитие своего продукта. Примеры — переводчик Promt, «Антивирус Касперского», системы распознавания текста и лингвистики от ABBYY.

А вот максимальную устойчивость и стабильность IT-компании обеспечивает не просто сопровождение какого-то одного своего продукта, но их совокупность и предельная диверсификация источников заработка. Пример успешной и стабильной IT-компании — «Яндекс» с его поисковой системой, рекламной сетью, стриминговыми сервисами, программными продуктами для букета операционных систем и массой сервисов, которые работают на стыке реального и виртуального сегментов экономики (такси, каршеринг, служба доставки, билетные кассы), а также аппаратные продукты.

Выпуск аппаратных продуктов — колонок и телефона — стал для «Яндекса» выходом на качественно новый уровень: колонки оказались коммерчески выгодными, а вот телефон, несмотря на то что оказался коммерческим провалом, не пробил в «Яндексе» финансовой бреши — это как раз пример устойчивости IT-компании.

Другой пример по соседству с РБ — Польша, чьи компании в 2000-х делали весьма посредственные игры, породившие мем «польский шутер». Теперь на польские компании CD Projekt Red и Techland игроки чуть ли не молятся, а польский игропром стал предметом национальной гордости для поляков.

И ни учредители CD Projekt Red — Марчин Ивински и Михал Кичиньский (личное состояние 670 и 580 млн долларов соответственно), ни основатель Techland Павел Мархевка (его состояние превысило 1,1 млрд долларов) не планируют продавать свои компании, а концентрируются на создании новых, более амбициозных продуктов.

Капитализация CD Projekt Red в 2018 году — 5,8 млрд долларов,  а «Яндекса» — свыше 10 млрд долларов (примерно 5-летний объём экспорта белорусской IT-продукции по итогам 2019 года). И это не только совершенно другая весовая, но и технологическая категория.

И это всё при том, что в мировом экспорте информационно-коммуникационных технологий (ИКТ), то есть в целом компьютерных, телекоммуникационных и информационных услуг, на долю России в 2016 году приходилось 0,8 %. Лидерами по этому показателю являются Ирландия и Индия — 14,4 и 11,2 % соответственно. Далее следуют Нидерланды, США, Германия, Китай, Великобритания, Франция, на которые приходится 3,4–7,8 % мирового экспорта ИКТ-услуг.

К сожалению, в силу размеров экономики и малой численности населения у РБ нет и не будет компаний, подобных «Яндексу» или CD Projekt Red, — им просто негде развернуться. Впрочем, это никоим образом не является уничижительной характеристикой белорусского IT: он встроился в единственно доступную для него рыночную нишу — аутсорсинга, и продажи редких продуктов в силу небольших размеров экономики автоматически становятся историями успеха. Но это точно не высший дивизион мирового IT.

В-шестых, высокие показатели белорусского IТ-экспорта при небольших объёмах импорта свидетельствуют ещё и о минимальных заказах на ПО со стороны государства и бизнеса внутри страны. И на этом моменте стоит акцентировать особое внимание.

Создать IТ-продукт с нуля сложно: программа состоит из различных библиотек, которые складываются воедино, словно детский конструктор Lego. Библиотеки могут как бесплатными, так и платными, и чем сложнее ПО, тем больше в нём платных компонентов, приобретение которых наравне с покупкой готового ПО в статистике отображается как импорт компьютерных и информационных услуг.

Так, по данным Белстат, с 2010 по 2018 г. экспорт информационных услуг РБ вырос с 390,9 млн до 1,8 млрд долларов, т. е. в 4,6 раза, тогда как их импорт за то же время вырос с 155 до 294 млн долларов, или в 1,9 раз.

Представляет интерес и статья «Плата за использование интеллектуальной собственности». По данным ЕЭК, белорусский экспорт услуг по данной статье с 2015 по 2018 г. вырос с 22,3 до 65,7 млн долларов на фоне роста экспорта компьютерных услуг с 814,2 до 1 585,6 млн долларов.

Эти цифры опять же свидетельствуют о низовом месте белорусского IT в мировом разделении труда: программисты кодят, но при этом создают минимум интеллектуальной собственности, которую могли бы монетизировать на протяжении длительного периода времени, получая выплаты по патентам.
Страна IT-аутсорсинга

Источник: данные статистического бюллетеня ЕЭК «Экспорт и импорт услуг в Евразийском экономическом союзе» за 2018 год

Высокие показатели экспорта IT-услуг не означают, что страна получила гордую приставку IT или её экономика стала цифровой: РБ по многим параметрам (покрытие сетей 4G, скорость и дешевизна интернета, масштаб внедрения цифровых государственных услуг и бесконтактной оплаты) отстаёт от своих соседей. Зачастую высокие показатели экспорта IT-услуг являются показателем глубокой интегрированности страны в мировое IT-разделение труда на правах сервисной (аутсорсинговой) экономики.

Сам себе заказчик

И в связи с этим интересно посмотреть на Россию: её экспорт компьютерных услуг, по данным ЕЭК (см. таблицу выше), лишь в 2018 году превысил импорт (4,06 млрд против 3,5 млрд долларов), тогда как экспорт услуг по статье «плата за использование интеллектуальной собственности» в 7 раз превышает экспорт.

По данным Центробанка РФ и по итогам 2018 года, РФ не вышла в положительное торговое сальдо с экспортом телекоммуникационных, компьютерных и информационных услуг. Правительство РФ планирует исправить это к 2025 году, выйдя на показатели экспорта информационно-телекоммуникационных технологий в 12 млрд долларов ежегодно.

Страна IT-аутсорсинга


Источник: данные ЦБ РФ по внешней торговле услугами

Впрочем, если обратиться к данным исследования отраслевой компании «Руссофт» «Экспорт российской индустрии разработки программного обеспечения — 2018», то там можно найти совершенно иные цифры, которые не стыкуются с данными ЕЭК и ЦБ РФ.

Страна IT-аутсорсинга

Источник: данные исследования компании «Руссофт» «Экспорт российской индустрии разработки программного обеспечения — 2018»

Столь существенные различия между данными объясняются разной методологией подсчёта. «Руссофт» вполне резонно отмечает, что методология учёта российского экспорта ПО, которой оперирует Росстат, не выдерживает никакой критики (и это при том, что само ведомство подобная методология устраивает).

Впрочем, решение, каким данным верить — ЕЭК, ЦБ или «Руссофта», мы оставим на усмотрение читателей. Однако ни оптимистичные данные «Руссофта», ни пессимистичные цифры «Руссофта» ровным счётом не меняют тенденций. Поэтому вернёмся к показателю импорта и экспорта услуг по использованию прав интеллектуальной собственности, по которым Россия платит в десятки раз больше, чем Беларусь.

Столь большие показатели платы за использование интеллектуальной собственности вызваны большим объёмом рынка и численности населения (т. е. необходимо больше программных продуктов), активными государственными закупками готового ПО, а также импортозамещением ПО.

За пользование интеллектуальной собственностью Россия платит отнюдь не государствам СНГ, а странам дальнего зарубежья. Проще говоря, если РБ находится в низшем дивизионе мирового IT, занимая нишу аутсорса, то Россия — в среднем, производя программные продукты, которые делает на основе технологий, купленных в странах первого IT-дивизиона — США и ЕС.

 

Страна IT-аутсорсинга

Как видно, темпы роста IT-бюджетов органов федеральной власти стабильны и колеблются в пределах 6 % ежегодно, а сами бюджеты вполне привлекательны даже для крупных разработчиков — в 2018 году IT-бюджет органов власти в России достиг 2 млрд долларов.

Проще говоря, Россия в плане IТ развивается более гармонично: она не концентрируется на аутсорсе, а старается создавать ПО, т. е. продукты с высокой добавленной стоимостью. И государство прямо поддерживает IТ: если в РБ государство — просто регулятор рынка, то в России органы государственной власти выступают в качестве заказчика ПО, оперируя порой крайне привлекательными бюджетами.

 

Страна IT-аутсорсинга

* Источник: исследование TAdviser «IT-бюджеты федеральных госорганов 2017». В полной версии таблицы 82 органа госвласти.

Мало того, в случае импортозамещения ПО разработчиками софта часто являются государственные же структуры, например, на первом месте в топ крупнейших IТ-компаний России в 2019 году расположилась госкорпорация «Ростех» с выручкой в 266 млн рублей.

Страна IT-аутсорсинга

* Источник: TAdviser

Подобная связка государства и IТ-компаний позволяет проводить политику импортозамещения софта, а также вместе с неуступчивостью по отношению к иностранному капиталу (например, по отношению к Huawei) добиваться локализации производства в России аппаратного обеспечения, например систем хранения данных и серверов, для их последующей установки операторами связи. Беларусь такой возможности в силу малого объёма рынка лишена, а отсутствие государственных и просто целиком принадлежащих национальному капиталу IТ-компаний создаёт проблемы с кооперацией в разработке ПО в рамках российского импортозамещения.

В результате белорусские программисты практически целиком и полностью сконцентрированы на аутсорсе в интересах заказчиков из США (ЕPAM) или стран Евросоюза, упуская российский рынок, который остаётся в полном распоряжении российских компаний, нарабатывающих компетенции в создании ПО (например, облачных сервисов) для государственного сектора и промышленности.

Страна IT-аутсорсинга

Как видно, за пользование интеллектуальной собственностью Россия в 2018 году платила государствам дальнего зарубежья, а не странам СНГ. Источник: данные ЦБ РФ по внешней торговле услугами.

Впрочем, стоит признать, что Россия долго (с 2016 по 2019 г.) не открывала рынок госзакупок для разработчиков ПО из стран — членов ЕАЭС: первой компанией, которую допустили к российским госзакупкам ПО, стала белорусская «Интермех».

Теперь, наработав компетенции в ПО, Россия будет шаг за шагом добиваться от своих партнёров по ЕАЭС допуска её компаний к госзакупкам ПО. И российский софт рискует стать безальтернативным, ведь пока российские компании создавали продукты, другие «аутсорсили».

Параллельно Россия пытается диверсифицировать географию продаж ПО. Так, например, по итогам саммита Россия — Африка была заключена договорённость о закупках софта у компании «Новые облачные технологии» правительством Бурунди. Компания рассчитывает, что в перспективе 5 лет зарубежные продажи софта будут приносить ей порядка 25–30 % выручки.

***

История белорусского IT скорее из категории государственного пиара, чем реального прорыва. «IT-страна» звучит всяко привлекательнее для бизнесменов за пределами страны, чем «последняя диктатура Европы» или иные любые распространённые штампы и клише о Беларуси. Однако, создав миф для внешнего употребления, важно не поверить в него самому.

На фоне своих соседей и коллег по аутсорсинговому цеху белорусский ПВТ — крепкий середнячок, но никак не лидер. Да, в этом безусловная заслуга как самих программистов, так и белорусской власти: без ПВТ и невероятных по меркам РБ налоговых льгот белорусские программисты уже давно бы разъехались кто куда в поисках перспектив и лучшей жизни. Льготы резидентам ПВТ предоставлены до 2049 года.

Стоит признать: объёмы экспорта белорусской IT-продукции не смогут превзойти объёмы продаж продукции белорусского АПК. О количестве трудоустроенных и социальной нагрузке и вовсе говорить не приходится. Чтобы IT догнал АПК, властям РБ нужно будет кратно увеличить количество программистов, но это невозможно — их ещё нужно выучить, а каждый новый программист — это минус один работник народного хозяйства.

Не смогут коренным образом изменить ситуацию и криптобиржи: бум криптовалют прошёл, да и сами криптовалюты и криптокапиталы могут представлять угрозу для белорусской государственности.

Специализация белорусских программистов на аутсорсе, с одной стороны, является благом для государства, обеспечивая максимум экспорта IT-услуг при минимальных затратах, а с другой стороны, не даёт этим же программистам сделать качественный рывок в развитии. Главная угроза для белорусского IT — статус вечного аутсорсера, вклад которого на фоне его же соседей с Запада и Востока — Польши и России — будет на уровне статистической погрешности.

Для рывка белорусскому IT необходимо переходить с сервисных на продуктовые рельсы и делать собственное ПО. В свой сервисный вагон IT-поезда в западном направлении белорусские программисты уже сели, а вот IT-состав в восточном направлении лишь отправляется: у белорусов ещё есть возможность стать страной — производителем IT-продуктов для рынка России и даже для стран ЕАЭС.

У РБ есть несколько лет, прежде чем российский IT-капитал, наработав достаточное количество опыта и создав нужное количество ПО, начнёт переходить к экспансии в рамках ЕАЭС, масштабируя российское импортозамещение софта на другие государства-члены.

И этот шанс белорусским IT-специалистам и властям важно не упустить, в противном случае они окажутся отрезанными от солидной доли заказов и утратят восточные рынки ПО. Стоит учитывать и фактор фронды IT-специалистов: они получают деньги в твёрдой валюте, ориентируются на Запад и являются проводниками его ценностей. Поэтому если властям РБ удастся уравновесить западный вектор IT восточным, то государство от этого лишь выиграет.



Оцени новость:





Также смотрите: 
  • «Дружба» без контрактов. Металлические финики Египта
  • Узнать стерву за минуту: Психолог рассказала, как «прочитать» характер женщины по причёске





  • Другие статьи и новости по теме:

    Вам понравился материал? Поблагодарить легко!
    Будем весьма признательны, если поделитесь этой статьей в социальных сетях:

    Обнаружили ошибку или мёртвую ссылку?
    Выделите проблемный фрагмент мышкой и нажмите CTRL+ENTER.
    В появившемся окне опишите проблему и отправьте уведомление Администрации ресурса.
      Оставлено комментариев: 0
    Распечатать
    Информация
    Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.






    НОВОСТИ В TELEGRAM


    Наши партнёры
    Мы Вконтакте
    Спонсоры проекта