6-03-2018, 16:40   Раздел: Новости   » Забытые уроки истории Комментариев: 0

Забытые уроки истории

 
Забытые уроки истории


Забытые уроки истории

120 лет назад, 1—3 марта 1898 года, в Минске прошёл первый съезд социал-демократических организаций России. Тогда мало кто представлял, какие тектонические сдвиги во всём мире сможет вызвать основанная там партия рабочего класса.

Минская площадка для подпольщиков

В конце XIX века Российская империя переживала небывалый экономический подъём. И одновременно стояла на пороге такого же беспрецедентного революционного кризиса. Бурно растущая промышленность и появившиеся вместе с ней новые общественные классы всё настойчивее требовали своего места под солнцем. Но основанная на сословном принципе архаичная бюрократическая машина упорно отказывалась им это место предоставить. Что из этого ничего хорошего не получится, ясно было даже мальчишкам, продававшим газеты на минских улицах.

Впрочем, в рядах противников самодержавия и капитала единства тоже не было. Что пока значительно облегчало жизнь вышеназванным институтам. Между собой конкурировали две главные тенденции — марксизм и народничество. При этом уклонившееся в терроризм народовольчество было жёстко подавлено полицейскими мерами. А сам народнический социализм с его опорой на крестьянскую общину, на фоне дымящихся труб новых заводов и шагающих в проходные стройных рядов пролетариата, казался уже стародедовским преданием.

Умами прогрессивной интеллигенции овладело учение Маркса, притягательное своей стройностью и основательностью. Однако среди последователей научного социализма также наметилось немало разных течений и авторитетов. От мирных «экономистов» до воинственных будущих большевиков. Урегулировать все имеющиеся противоречия и образовать единую организацию и должен был съезд в Минске.

9 делегатов съезда представляли всего четыре региональные организации, две из России, две из Украины и еврейский рабочий союз Бунд. Они собрались на квартире служащего Либаво-Роменской железной дороги Петра Румянцева под видом дня рождения его жены. И на первый взгляд, казалось бы, съезд сделал немного: принял решение об образовании общероссийской марксистской партии, сформулировал её название — Российская социал-демократическая рабочая партия, а также избрал ЦК из трёх человек. Делегаты съезда даже не взяли на себя составление Манифеста об образовании партии, решив доверить это более авторитетным марксистам. О принятии же программы партии на съезде даже речи не шло. Но один из её будущих пунктов на съезде в будущей столице Беларуси всё же был задекларирован — право наций на самоопределение.

Забытые уроки истории

Участники I съезда РСДРП в Минске.

Уже через несколько дней после съезда почти все его участники были арестованы, включая двух членов только что избранного ЦК. Казалось бы, начальники Департамента полиции и Охранного отделения могли поздравить друг друга с очередной «победой», выпить шампанского и сдать папку с надписью Р.С.Д.Р.П. в архив. Возможно, они так и сделали. Допустив тем самым серьёзнейшую для них служебную ошибку...

В скором времени социал-демократы станут одной из сильнейших революционных партий в России. А в 1917 году они камня на камне не оставят от сословного государства. Переступив через раскол в собственных рядах и не убоявшись решительной борьбы со вчерашними товарищами по партии, их наиболее радикальная фракция РСДРП(б) создаст новое, советское государство. И по сути, действительно перевернёт мир.

Урок № 1: государство и революция

Мы попробуем посмотреть на, казалось бы, уже далёкие события под разными углами зрения. В том числе и максимально отстранённым взглядом. Например, с точки зрения современности и глазами тогдашних и нынешних государственников. В чём заключались ошибки монархической власти в отношении революционных партий? Она знала для них только одну политику — жёсткую силу. Максимум гибкости, до которого доходили наиболее продвинутые представители монархического государства, — это создание подконтрольных полиции рабочих «зубатовских» организаций. Лишь под колоссальным давлением революции 1905 года царь пошёл на декларирование гражданских свобод и созыв Государственной Думы. При этом говорить о полноценном парламентаризме в России или о наличии конституции всё равно не приходилось. Половинчатость и непоследовательность реформ, постоянные откаты к реакции (как и «откаты» в коррупционном смысле) в конечном итоге и погубили царскую бюрократию.

Но проводить прямые аналогии с 1917 годом как в отношении власти, так и её оппонентов на постсоветском пространстве нет никаких оснований. У нас сегодня идеологические наборы как правящих групп, так и оппозиции представляют из себя крайне причудливую амальгаму самых разнородных постулатов, зачастую смесь либерализма, консерватизма, временами — социал-демократической и «советской» риторики.

Это, конечно, если смотреть на них с классических позиций, сформированных во многом как раз в конце XIX — начале XX века. А не через призму современного политического постмодерна.

Сейчас во многих постсоветских странах государственная идеология любит инкорпорировать в себя полезные фрагменты имиджа СССР. И нельзя сказать, что всё здесь только пиар и обыгрывание ностальгии. До сегодняшнего дня, несмотря на колоссальное внешнее давление и, возможно, ещё большее — внутренних неолиберальных сил, некоторые прогрессивные социальные завоевания прошлого ещё сохраняются. И даже охраняются. Пока, по крайней мере.

Но в то же время, как показывают текущие выборы в Российской Федерации, наиболее серьёзными оппонентами действующей власти становятся именно левые кандидаты. Выступающие от имени партии, считающей себя прямой наследницей РСДРП. И критикующие существующие порядки если не с марксистских, то с левых, просоветских позиций. Кстати говоря, и сама образованная в Минске 120 лет назад партия в скором времени ортодоксально марксистской быть перестала. Как не был чисто марксистским государством и сам Советский Союз. Но об этом чуть позже.

Но в целом если почти все противники абсолютизма во времена минского съезда РСДРП выступали с позиций социального прогресса, то сегодня мы видим совершенно другую и очень пёструю картину. Трудно представить себе оппонентов самодержавия, призывающих вернуться во времена Великого княжества Московского или Литовского. Например, через несколько лет после I съезда социал-демократов в Минске начала действовать и «Белорусская революционная громада», вскоре переименованная в Белорусскую социалистическую громаду. Большинство её основателей по своим взглядам были также революционными социал-демократами или социалистами-народниками. При этом никому из них и в голову не могла прийти мысль о глорификации любого феодального государства. Даже в рядах польского «кола» мало кто, в отличие от современной белорусской оппозиции, идеализировал государственное устройство Речи Посполитой. Тогда всем хорошо было понятно, что именно консервативная косность и шляхетская анархия привели и Польшу, и инкорпорированное в неё ВКЛ к краху и полной потере независимости.

Забытые уроки истории

Листовка Белорусской социалистической громады, 1905—1907 гг.

Ностальгировали тогда по архаичному самовластью разве что представители крайних монархических организаций. Но даже партии, позиционировавшие себя как русские националисты, выступали в Государственной Думе как модернизаторы. Собственно же «чёрная сотня», созданная сначала как боевая охранительная сила, лишь иногда позволяла себе фронду в виде «правой оппозиции». За что некоторые её деятели, например, лидер Гомельского отделения «Союза русского народа» Аким Давыдов, сразу же подверглись определённым преследованиям со стороны власти.

Характерная особенность постсоветской ситуации заключается в том, что сегодня значительная часть оппозиции выступает против существующей власти как более консервативная сила, а то и прямо с позиций социальной реакции. Например, в Средней Азии тамошним режимам наиболее радикально противостоят исламисты. Значительная часть белорусской оппозиции состоит из консерваторов и просто клерикальных организаций.

О ситуации на Украине даже говорить не приходится. На фоне альтернативы Петру Порошенко, которая там сейчас вырисовывается, действующий президент выглядит как достаточно умеренный деятель. Только в РФ действующая власть умудряется каким-то образом балансировать между полярными флангами, время от времени посылая и консервативным, и либеральным, и просоветским элементам соответствующие месседжи. Даже по сути исламские силы на Кавказе находятся сегодня на службе российского государства. Пока находятся.

Это говорит о том, что сегодня политическая элита России в определённой мере старается учесть уроки прошлого. Но в целом для постсоветского пространства характерен серьёзный отрыв правящих групп от населения. Во время проведения в Минске I съезда РСДРП министром финансов Российской империи был Сергей Витте. В скором времени этот реформатор станет первым премьер-министром России. Однако так же быстро Витте получит отставку. А его план преобразований, предполагавший не только экономическую часть, но соответствующие изменения в политической составляющей страны, останется незавершённым. Одной из причин поражения реформаторства Витте было то обстоятельство, что у него отсутствовала структурированная политическая поддержка.

И это несмотря на наличие серьёзного «социального заказа» на его реформы со стороны новой буржуазии и некоторых других слоёв населения. При этом либеральные преобразования премьера готовы были поддержать те или иные фракции в партиях кадетов и октябристов и им подобных. Но вот своей партии или иных организаций у графа-премьера не было. И в условиях самодержавия вся его деятельность держалась на ближайшем окружении, да добром слове царя. Но хорошо известно: «доброго царя» не бывает. И когда на легко подающегося влиянию Николая II посильнее надавила более консервативная группировка, Витте пал. Аналогичная судьба, только с более кровавым финалом в Киевской опере, постигла и его соперника и фактического последователя Петра Столыпина.

Но отсутствие «партии реформ» в поддержку премьера — это ещё мелкие изъяны системы самодержавного правления. У самого Николая II не было своей партии! Различные монархические партийки, общества и союзы представляли из себя в основном либо дочерние полицейские структуры, либо изъявление подданнической культуры. В то время как лояльность более крупных политических сил оказалась фикцией. И в критический для царя момент, когда его пресловутые «друзья» в виде армии и флота под влиянием проигранной войны вышли из строя, Николаю II просто не на кого было опереться. От различных «истинно правильных» союзов, на которые тратились бюджетные деньги, в феврале 1917 года и след простыл.

А вот РСДРП, обезглавленная полицией уже на первой неделе жизни, так же быстро воскресла, как птица Феникс из пепла.

Урок № 2: народ и революция

Главной силой революционной партии оказалась идейная убеждённость и самоотверженность рядовых социал-демократов. После арестов участников минского съезда руководящие органы партии были восстановлены, а организации РСДРП тесной сетью покрыли всю Россию. Одним из наиболее активных революционных регионов стала Беларусь.

Аресты ещё не раз будут обрушиваться и на ЦК партии, и на её местные комитеты. Но словно хорошо дисциплинированные солдаты на поле боя, революционеры быстро смыкали ряды, из которых вражеские ядра и картечь вырывали их товарищей. Только основой действий социалистов были не муштра, демагогия или гранты, но глубокая вера и осознанная необходимость. Всё это было бы невозможно, если бы огромное количество интеллигентов, студентов, рабочих, крестьян, женщин в России и Беларуси не жаждали перемен и не были готовы идти ради них на всяческие жертвы. При этом эти преобразования рассматривались не с точки зрения личного успеха, но как общее, социально значимое дело. Следует учитывать, что социалисты начала прошлого столетия были не только марксистами, народниками или анархистами, но ещё и выходцами из традиционного общества, с его общинным коллективизмом, практикой взаимопомощи и христианскими идеалами служения близким в лучшем смысле этого слова.

В этом смысле сегодняшняя ситуация отличается от прошлого. Неолиберальный культ потребления и эгоизма, усиленно насаждаемый в обществе, всё более сужает редкий ручеёк волонтёров и в собственно либеральные оппозиционные организации. При этом представителям «государственного подхода» тоже не стоит сильно радоваться — в случае чрезвычайных ситуаций стране непросто будет в отсутствии массового патриотизма и готовности к жертвам. Несколько лучше дела обстоят на левом фланге, где сама система социалистических ценностей предполагает безвозмездный общественный труд. Кампания Павла Грудинина это также демонстрирует.

Вне всякого сомнения, именно в этой области находится важнейший моральный ресурс, который можно мобилизовать для общего восстановления постсоветских стран, их экономики, культуры и социальной сферы. Сочетание идей социальной справедливости с настоящим патриотизмом только и может стать основой для такого возрождения.

Забытые уроки истории

Предвыборный плакат эсеров

В связи с этим стоит вспомнить ещё один малоизвестный пример исторического синтеза идей. I съезд социал-демократии в 1898 году, как ни странно может показаться на первый взгляд, гальванизировал и старое народничество. Спустя три года было объявлено о создании партии социалистов-революционеров — другой крупнейшей революционной организации России. При этом эсеры синтезировали некоторые марксистские положения с идеей общинного социализма. Через некоторое время большевики-ленинцы сами стали творчески приспосабливать идеи народнического социализма к своей практической деятельности. В конечном итоге принёсший им победу лозунг «Земля — крестьянам! Власть — Советам!» был взят большевиками именно из эсеровского и максималистского арсенала. Советский Союз также строился на принципах, в ряде случаев противоречащих догматически понимаемому марксизму.

Сегодня правильное сочетание социалистических идей со здоровым патриотизмом — белорусским, российским, украинским, может быть весьма актуальным. Национальная идея должна перестать быть монополией социальной реакции и инструментом манипуляции со стороны адептов неолиберального мирового порядка.

Следует вспомнить ещё об одном очень важном аспекте. Слово «социал-демократия» в то время родилось не случайно. Оно изначально было ответом на «чистую» либеральную демократию, и тогда, и сейчас дискредитировавшую саму идею народовластия. Только на основе ликвидации общественного неравенства мыслилось марксистами того времени достижение и политического, и гражданского равенства. Впоследствии понятие «социал-демократии» было разорвано на две части. Реформисты утащили его «демократическую» половину, но современная социал-демократия ничего общего не имеет даже с Бернштейном и Каутским. И не случайно, что в России, в Беларуси или на Украине реформистские социал-демократические партии не получили сильного развития. Во многом вследствие того, что в традициях наших народов более последовательное и решительное решение социальных проблем.

Коммунисты забрали почти исключительно социальную часть от наследия РСДРП. Но именно свёртывание в своё время прямого народоправия Советов привело к бюрократическим деформациям СССР. А в итоге — к перерождению и катастрофе советского варианта социализма под названием «перестройка». Возвращение в концепцию «нового социализма» народа не только в качестве объекта, но и субъекта — залог её жизненности и победы.

Стоит вернуться также к рассмотрению обстоятельства, которое мы уже упоминали в связи с минским съездом социалистов. В чём причина их тогдашних побед? Почему, несмотря на все аресты и репрессии со стороны социальной реакции, их ряды неуклонно пополнялись и расширялись? Во многом потому, что их движение было очень мощно устремлено в будущее. Не без оттенков утопии, но тогдашние социал-демократы были тараном против отжившей архаики и пионерами прогресса едва ли не во всех общественных сферах. Сегодня такую миссию пытаются имитировать неолиберальные силы. Но на деле они в том или ином виде почти всегда являются реакцией. Но вот прогрессивные по сути левые и социальные движения при этом зачастую выглядят как группы «красных консерваторов», ностальгирующие о прошлом.

Другой же фланг, в виде либертариев и некоторых неотроцкистских групп, обычно некритически ориентирован на «демократический» Запад и легко превращается в подсобную силу для либералов. Поэтому здесь важно рассуждать не только о том, как «хорошо было в СССР» — его уже нет, и он никогда не будет восстановлен в неизменном виде. Как минимум не менее важно думать и говорить о будущем. О том, что новое общество единства и справедливости будет основано на высочайших технологиях — не только производственных, но и социальных и коммуникационных.

О том, что перспективная социальная модель XXI века — это экологически безопасное общество, основанное на прямой электронной демократии и освобождении человека от эксплуатации на основе автоматизации и роботизации. Что это будет общество гармоничных и свободно развивающихся индивидов.

Именно такой идеал обращённости в будущее и заряженности на глубокий всесторонний прогресс оставил нам скромный съезд социальных мечтателей и эффективных практиков, состоявшийся 120 лет назад в Минске.



Оцени новость:





Также смотрите: 
  • Китай и СПГ спасут Газпром от Украины
  • В.В.Пякин: «Вопрос — Ответ» от 5 марта 2018 г.





  • Другие статьи и новости по теме:

    Вам понравился материал? Поблагодарить легко!
    Будем весьма признательны, если поделитесь этой статьей в социальных сетях:

    Обнаружили ошибку или мёртвую ссылку?
    Выделите проблемный фрагмент мышкой и нажмите CTRL+ENTER.
    В появившемся окне опишите проблему и отправьте уведомление Администрации ресурса.
      Оставлено комментариев: 0
    Распечатать
    Информация
    Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.






    Наши партнёры
    Мы Вконтакте
    Спонсоры проекта